Сегодня

НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Луганщина: люди и судьбы

0
НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Луганщина: люди и судьбы
…И не сказал «люблю»

Если слышу разговор о чьей-то счастливой, удавшейся супружеской жизни — думаю об этой паре: вот, еще у кого-то так, как у них. Если при мне сетуют на разочарование в браке и в самой идее совместной жизни — снова думаю о них: нет, нельзя отрицать брак, ведь может, может быть так, как у них. Когда у почтенного седого мужчины, главы большого семейства, сияют глаза, будто у влюбленного мальчишки, если речь идет о жене. Когда женщина, прожившая в браке больше 50 лет, остается воплощением красоты, мудрости и нежности, несмотря на массу нескончаемых забот. Когда и для детей, и для внуков родительский дом — будто самая лучшая детская сказка.




… Это может быть. Только как встретить такое счастье? И как уберечь его потом много долгих лет? Что за секрет знает чета Науменко, которой все это удалось?..
Вилий Семенович Науменко встретил свое счастье выпускником музыкального училища, на третьем году армейской службы. Шел 1956-й год. Тогда он, командир взвода, ехал со своими солдатами в неведомую даль. Сказали — выполнять особое задание. Потом узнали: везут на Алтай, на целину. Дорога среди красот русской природы заняла долгих семь суток. Наконец добрались. Подполковник наставлял новоиспеченных целинников, как себя вести, ведь рядом будут работать и девушки. Между прочим сказал: некоторые из вас встретят тут судьбу… Но в планы одаренного и честолюбивого музыканта никакие судьбоносные встречи не входили. После армии он был твердо намерен поступать в консерваторию, стать артистом, а о женитьбе раньше 25 лет и думать не собирался. А пока ему только 21, надо дослужить, а там…
Целина, сенокос, сбор зерна — работы солдатикам хватало. В июле привезли подмогу — студенток из Кустаная. Все симпатичные, у ребят головы закружились. Но Вилий к тому времени повидал немало красавиц в своей музыкально-артистической среде — ярких, интересных, талантливых. И ни одна не тронула его сердце, что уж там эти девчонки. Однако…
— Среди всех миловидных студенток я увидел одну, с толстенной косищей ниже колен. И все. В груди что-то замкнуло, — рассказывает Вилий Семенович. — Сразу вспомнил слова подполковника и понял: вот и судьба. И подумал, что должен не опоздать, потому что без нее жизни не будет. В блокнотике тогда записал: «Студенток много, красивых много, но одна запорошила мне глаза». Этот блокнотик Лидия Афанасьевна хранит до сих пор.
Студентка Лидочка была очень милой, похожей сразу на все положительные образы советского искусства, с ясным, открытым, честным личиком. И, конечно, она не знала, что у парня, не сводящего с нее глаз, с ранней юности в воображении существовал идеал женщины, а она в точности на его идеал похожа. Увидев эту девочку с косой, мгновенно понял: она. Другой не будет, да и не надо. Начал ухаживать по всем правилам. Лида ухаживания скромно принимала. Видимо, тоже сразу почувствовала симпатию к кудрявому брюнету с очень яркими голубыми глазами. А он уже настолько верил в единственность встречи, что, увидев в клубе, как ее пригласил на танец бравый старший лейтенант, мысленно возмутился: невеста танцует с другим! А сам-то не умел танцевать, оттаптывал ей ноги сапогами.
Но старшему лейтенанту ничего не светило, хоть и победили они в конкурсе вальса. Отпраздновать с ним победу Лидочка отказалась. Зато Вилия на третий день пригласила в Кустанай, знакомиться с родителями и всей большой семьей, где было семь дочерей и три сына. Мама имела орден «Мать-героиня» трех степеней.
— Дом меня пленил, — вспоминает Вилий Семенович. — Очень понравились родители, отношения в семье. Большим плюсом для меня явилось то, что здесь любили музыку. Познакомился с сестричками — все такие славные, особенно Сонечка, просто красулечка. У нас с тех пор шутка пошла, что в Соню я сразу влюбился, а чтобы всегда ее видеть, женился на Лиде… Словом, первый визит к будущим теще и тестю прошел благополучно. В тот день я получил в подарок фотографию. Лидочка там милая, красивая, коса через плечо переброшена… Фотографию я сразу маме отослал. Сообщил, что женился, и написал: если нравится — оставь себе, не нравится — верни обратно. Фотография не вернулась. Пришло письмо, все в слезах…
А время шло неумолимо. Вилий понимал, что скоро их ушлют отсюда назад, и спрашивал себя: как уезжать? Расстаться немыслимо, а служить-то еще год… Задал вопрос невесте: «Как же нам сделать, чтобы потом никогда не расставаться?». Она, будучи скромной девушкой, естественно, ответила: «Не знаю». — «Зато я знаю» — ответил решительный жених. Значит, пришла пора свататься. Были Октябрьские праздники. На Лидочке — красное пальто с воротником «под котик», казавшееся очень красивым и нарядным. Подгоняемый мыслью о скором отъезде, жених пришел в дом…
Свадьбу назначили на 24 ноября и гуляли целую неделю! А сразу после этого была получена команда уезжать. И 2 декабря счастливый молодожен вместе со своими солдатами погрузился в вагон-телятник, понимая, что прощается с женой надолго.
— И начался следующий этап наших отношений: переписка. Каждое письмо я писал по нескольку дней, с продолжением, и получал такие же ответы. Большие пачки тех наших писем Лидия Афанасьевна хранит. В одном письме читаю: «Чувствую себя хорошо, хотя обычно женщины в это время чувствуют себя неважно…» Ура, я стану папой!.. 15 августа родилась Светлана.
Молодой папа впервые увидел дочь уже четырехмесячной. Он демобилизовался 2 декабря, ровно через год после отъезда, и поспешил в Кустанай, к семье. Зашел в дом — на пороге теща с младенцем на руках. Совсем растерявшись, он не знал, что делать: поцеловать, взять на руки? А малышка вдруг протянула ручки и обхватила его за шею. Удивлению тещи не было предела: от всех дядюшек и дедушек Светланка упорно отворачивалась, а отца признала сразу! Так начался кустанайский период жизни.
— Мне всегда везло на среду общения, — говорит Вилий Семенович. — Сначала моя родительская семья, потом музучилище, армия, семья жены… Среда формирует человека — это я слышал и поверил. А еще слышал народную мудрость: «Не покупай свинью у мельника — она слишком жирная. И не женись на единственной дочери — она избалованная». Моя супруга из большой семьи. Я знал, что мы вдвоем сами создадим все, что нам нужно. Ну, вначале создали детей. Света и Эля — погодки. Потом решили, что надо подумать о мальчике. Четыре года думали… Родилась Марина.
Видимо, суждено было Вилию Семеновичу, чтобы все у него оказалось, как в песне Вертинского: «Доченьки, доченьки, доченьки мои…» Обожаемые доченьки и жена, их первый дом, работа — выиграв конкурс, стал дирижером Кустанайской филармонии — кустанайский период был счастливым. Но тут творческая судьба Вилия Семеновича сделала поворот, и он с семьей приехал в свои родные места. Вначале Ворошиловград, потом Коммунарск. Здесь начинал дирижером оркестра народных инструментов, а вскоре предложили стать директором музыкальной школы. Школа в городе существовала всего несколько лет, ей надо было делать будущее, и энергичный молодой дирижер оказался для этого очень подходящим человеком. Подобные предложения поступали и раньше — всегда отказывался, а тут согласился. Наверное, чувствовал, что тоже судьба. На долгих 36 лет школа, по сути, стала его четвертым ребенком.
И покатилась жизнь. Не всегда простая, но всегда насыщенная трудом, заботами, событиями. Молодой директор очень увлекся новым для себя делом. Будучи не лишенным здорового честолюбия, он все в своей жизни стремился сделать наилучшим образом, а уж когда в руках оказалась судьба школы — только что не переселился туда. Сумел очень многое. Чем по сей день гордится едва ли не больше всего — тем, что сумел в Москве заказать замечательные инструменты для оркестра (они, кстати, живы по сию пору и служат верой и правдой уж которому поколению учеников). А сам ученический оркестр народных инструментов — прославившийся и в области, и в Украине, и в Советском Союзе! Оркестранты заканчивали школу и уходили, на смену являлись новые, а оркестр оставался всегда великолепно звучащим, гармоничным коллективом. А коллектив преподавателей — талантливый, творческий, веселый и всегда молодой, хоть годы, конечно, не обходили учителей стороной. Только они не менялись. Оставались легкими на идею, на подъем, на вдохновение. Выпускники, закончив музыкальные училища и консерватории, приходили снова — уже работать, и очень этим гордились… В один прекрасный день так пришла сюда дочь Светлана и работает до сих пор.
Создать школу с такой блестящей репутацией, какой уже много лет заслуженно пользуется ДМШ № 1, вырастить десятки талантливых учеников, оставаться артистом, достичь творческих вершин, сочетая это с многотрудными административными заботами; вырастить трех дочерей, дать каждой из них все, что может дать семья, выучить, поставить на ноги и сохранять с ними всю жизнь теснейший душевный контакт, всегда помогать и поддерживать; а теперь делать то же самое для шестерых внуков — ибо семья эта в лучшем смысле патриархальная, здесь дорожат родственной близостью, все вместе, все рядом… Смог бы все это Вилий Семенович, держал бы полвека столь высокую планку во всем, если бы рядом тихим ангелом-хранителем (иначе и не скажешь) не присутствовала Лидия Афанасьевна? Ответ однозначен: нет. Именно она всегда берегла семью и своих родных людей.
— Конечно, ведущая роль принадлежит женщине, — убежден Вилий Семенович. — В ее руках судьба семьи, она формирует отношения, создает атмосферу, хранит семью. Шутя мы говорим: мы всю жизнь из-за моей занятости мало виделись, а разлука укрепляет союз. На самом же деле… Просто все шло и сейчас идет очень естественно. Забота, внимание, понимание — это искренне, от сердца. Искусственная забота — это плохо: чем усерднее надувать шар, тем скорее он лопнет. Лидия Афанасьевна — очень мудрая женщина. Она всегда умела понимать, терпеть, прощать, доверять. Она никогда не ревновала. А доверие жены не позволяет мужчине даже мысль какую-то недостойную допустить, не то что обмануть. Недоверие же раздражает. Она всегда понимала мою занятость, невозможность быть дома порой даже в очень нужный момент, никогда не упрекала. Ведь все, что я делал, — делал для семьи. Стремился не просто к достатку, хотя и это не последнее. Но мое качество — ответственность. Если я за что-то берусь — планка должна быть предельно высока. Так и в работе, и в творчестве, и в семье. Я всегда очень хотел и хочу идти домой. Мне так хорошо дома!
Безусловно, ему, отцу, хотелось, чтобы так же было и в домах дочерей, когда они создадут семьи. Заранее волновался, как сложатся отношения с зятьями — и их общие отношения, ведь всегда хотел, чтобы это была общая большая семья, где все — близкие люди. Вспоминал, как теще удавалось ладить с многочисленными зятьями, дружить с ними — и подружить их между собой. Удалось и им. Он считает, что это полностью заслуга жены, сумевшей так тактично и мудро выстроить отношения большой родни.
— Наверное, лучшей наукой для дочек были их наблюдения за нашей жизнью. Считаю, что еще очень важно чувство юмора: кто им обладает, тот обладает способностью прощать даже серьезные промахи. Ну, и умение слушать свою душу, верить своему внутреннему голосу…
Три года назад супруги Науменко отметили золотую свадьбу. Застолье было широким и веселым. В этот же день по желанию Лидии Афанасьевны они обвенчались. И пошли вместе в свой шестой десяток лет. Пошли, честно говоря, мало изменившимися. В голубых глазах Вилия Семеновича все тот же блеск, он по-прежнему энергичен, трудолюбив и жизнерадостен. А красоте Лидии Афанасьевны годы прибавили только благородства и значительности. Наверное, в принципе не может постареть женщина, которую так любят.
— Кстати, слово «любовь» я так ни разу и не произнес за всю жизнь, — признался Вилий Семенович. — Старался показывать свои чувства трудом, делами, успехами, отношением. А слово, мне казалось, не надо употреблять. Будто что-то обесценится, если произнести это вслух. Или, может, сглазить боялся. А иногда думаю: потому у нас все так и складывается, что я не говорил этого вслух. Не знаю…

Юлия Черепнина.
10.02.2009 г.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: