Сегодня

НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Память

0
НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Память
Свет несгибаемой Надийки

В Старобельске торжест-венно открыли мемориаль-ную доску лауреату Националь-ной премии Украины имени Тараса Шевченко Надежде Светличной. Имя нашей землячки больше известно благодаря ее старшему брату — поэту-«шести-десятнику» Ивану Светлич-ному. Человек невероятной скромности, Надежда Алексеевна посвятила свою жизнь пропаганде и популя-ризации творчества других. Ее наследие — мемуары, публицисти-ческие статьи, интервью, переводы.






В мастерской у скульптора
Автором мемориальной доски Надежде Светличной стал луганский скульптор, лауреат премии имени «Молодой гвардии» Александр Редькин. О том, как создавался барельеф, Александр Архипович рассказал у себя в мастерской. Показал материалы, с которыми работал, эскиз.
— В начале года пришел ко мне профессор Луганского национального университета имени Тараса Шевченко Алексей Неживый и предложил сделать мемориальную доску нашей землячке Надежде Светличной, — вспоминал автор. — Я честно признался: мол, не знаю, кто это. Об Иване Светличном слыхал, а вот Надежда… «Так это его сестра, — пояснил Алексей Иванович. — Тоже литератор и украинская правозащитница». Долго рассказывал мне о ней. Портрет человека, тем более объемный, — дело непростое. Известно, что когда художнику Нестерову предложили написать портрет Сталина, тот отказался, ссылаясь на невозможность изобразить характер незнакомого человека. Работая над портретом Павлова, он несколько месяцев жил у него дома — наблюдал, делал наброски будущего образа. Такое погружение в мир и жизнь того, кого собираешься изобразить, обязательно.
Александр Архипович уже работал над образами наших земляков-литераторов. Бюст Владимира Даля находится в литературном музее писателя-лексикографа. Причем скульптор отошел от традиционного изображения солидного бородатого мужа и показал нам малоизвестного Даля периода его дружбы с Пушкиным. Еще были бюсты Владимира Сосюры и Михаила Матусовского. И вот новая возможность запечатлеть для потомков выдающуюся личность.
В течение двух месяцев скульптор изучал фотографии семьи Светличных, читал воспоминания об Иване и других украинских поэтах-«шестидесятниках», подготовленные Надеждой, а вернее, Надийкой — так звали ее все, кто ее знал, и так стал вскоре называть ее и сам Редькин.
— Ей необыкновенно подходила фамилия Светличная, — говорит Александр Архипович. — Даже фотографии этой женщины излучают свет. Свет, обаяние и, конечно, твердость борца за права человека, за национальную культуру присутствуют и в моей трактовке образа.
Скульптор достаточно быстро сделал объемный эскиз в масштабе 1:10. Потом эскиз проходил согласование. Наконец Редькин получил «добро» на изготовление гипсового барельефа. Он старался выдержать стиль мемориальной доски Ивану Светличному, сохраняя ее шрифт, экслибрис, высоту рельефа, чтобы барельефы брата и сестры воспринимались как единое целое. Ведь уже тогда было известно, что они будут располагаться практически рядом в здании Старобельского филиала ЛНУ имени Тараса Шевченко.
Александр Редькин также рассказал, что мемориальную доску Ивану Светличному делал Николай Щербаков. Ее установили на доме семьи Светличных в селе Половинкино десять лет назад во время шевченковского праздника, а через несколько недель она исчезла. Надежда Алексеевна болезненно восприняла известие об этом и написала о своих переживаниях в газете «Українські вісті»: «Важко сказати, чи цей вандалізм був санкціонований, чи це просто жанр місцевої самодіяльності. На Старобільщині можливий будь-який варіант… У 1972 році, коли в Києві арештували Івана і мене, його сестру, хтось написав на воротах у батьківському дворі одне слово — «бандери». Ті старі ворота притулилися до причілкової стіни, з якої оце тепер вандали (ті самі?) здерли меморіальну дошку. Ворота ще, певно, пам’ятають, як воно все було, що люди й двір почали раптом обминати. Нашій неписьменній мамі було важко зрозуміти, що діялося». Только в 2000 году доску восстановили, но установили ее в здании учебного заведения. Рядом с барельефом поэта — строчки из его стихотворения: «А в мене — тільки слово. Те, що мати навчила мене першим промовляти. Навчила гідно на устах нести».
Когда открыли мемориальную доску Надежде Светличной, ее давняя подруга подошла к Редькину и сказала: «Очень похожа Надийка». Это было высшей похвалой работе скульптора.

Листая прошлого страницы
Открытие мемориальной доски, разговор со скульптором стали поводом и самой больше узнать о Надежде Светличной. Некоторые моменты ее жизни и жизни ее окружения нельзя читать без слез обиды. Обиды за то, что многие в 70 — 80-е годы прошлого столетия просто не имели представления о бурлившей в Украине борьбе, о противостоянии между мощной, жестокой системой и группой бесстрашных людей. К когорте таких храбрецов, боровшихся за соблюдение прав человека в Стране Советов, принадлежала и семья Светличных. Надежда Алексеевна никогда не отрицала влияния на свои взгляды, мысли, поступки старшего брата, но, оставаясь в его тени, не переставала быть самодостаточной личностью. Ее портрет четко вырисовывается из приведенных ниже цитат.
О брате. «Іван був добрим учителем, недарма його часто називають Учителем з великої літери, і багато хто може позаздрити мені: мати таким учителем рідного брата — це справді щастя від Бога. Найголовніше, він учив ненав’язливо, просто подаючи зразок взаємин і поведінки».
В письме в адрес партийного съезда 1 апреля 1966 года она пишет: «Мій брат був і залишається для мене ідеалом людини, захоплений ідеєю всього прекрасного і справедливого. Ніяка поширювана брехня, ніякі тайні обвинувачення і судилища не зможуть переконати мене в тому».
А вот еще: «Я ж і дотепер, як часом чую, що треба, мовляв, подивитися на Надійку, щоб уявити Івана, внутрішньо зіщулююся, бо знаю, як далеко куцому до зайця. Знаю, що попри генетичну подібність і родинну спільність, я лише хистка Іванова тінь в усьому — інтелектом, характером, гумором, звичками… Іван сприймав це моє переконання як певну мою закомплексованість. Але згодом я довідалася, що він писав до когось у табірному листі, що я, здається, звільнилася від своїх комплексів і, отже, ув’язнення пішло мені на користь…»
1972 год. В январе прошли массовые аресты вольнодумцев. Среди них — Иван Светличный, Евгений Сверстюк, Василь Стус. Через десять лет в воспоминаниях «Погром з продовженням» Надежда Светличная напишет: «Але… 12 січня 1972 року я зовсім не почувалася щасливою. То вже пізніше, в концтаборі, зважуючи різні можливі варіанти своєї долі, я схилялася до твердої думки, що мені таки пощастило, що я пізнала ще й цю — без косметики, відверту сторону нашої прекрасної дійсності та пізнала справжню ціну волі».
Саму Надежду Алексеевну арестовали 18 мая 1972 года, тогда же забрали в детский дом ее двухлетнего сына — как аргумент воздействия. Только настойчивость родственников помогла вернуть малыша. Во время заключения матери он находился под опекой тети в Половинкино.
«За рік слідства я вже нібито й звикла до кагебістської термінології, а все ж було якось моторошно читати, як «з метою підриву і послаблення радянської влади» Світлична виготовила чотири примірники машинопису Євгена Сверстюка «Котляревський сміється» і розповсюдила їх шляхом передачі авторові. Все це кваліфікувалося за ст. 62, ч.1 Кримінального кодексу УРСР як «антирадянська діяльність» — таким было впечатление Надежды от прочтения обвинительного заключения 15-томного криминального дела.
«Вирок звучав, як обух, — безапеляційно і тупо. Врахувавши всі пом’якшуючі обставини, суд проголосив такий вирок, як і вимагав прокурор, — чотири роки таборів суворого режиму. Так закінчився найтяжчий період мого ув’язнення — період сумнівів, вагань, компромісів. А далі за всі приниження, фізичні труднощі — усе, що називають словом неволя, я мала добру компенсацію — можливість бути собою і щастя спілкуватися з гордими і внутрішньо вільними людьми — радянськими політв’язнями» — к такому своеобразному выводу приходит Надежда Светличная позже.
В протоколах следствия есть и следующее: «Визнаю себе винною в тім, що, маючи вищу освіту, певний життєвий досвід, вірила законам, які не узгоджуються між собою, вважала, що конституція СРСР — це найвищий Закон, а це не так, тому що його постійно порушують. Обіцяю, що коли мене з малою дитиною випустять, не читатиму антирадянську літературу, а зарікатися, що взагалі нічого не читатиму, не можу, тому що я людина письменна, і невідомо, що є критерієм: що можна читати, а чого — не можна».
После освобождения Надежда Светличная была вынуждена эмигрировать в США. В 1990 году она приехала в Киев во время студенческой голодовки. Каждый день приходила инкогнито на майдан. Почему инкогнито? «Було незручно — я сита, з багатої країни, а вони голодують. Тоді ж подумала: «Діти гідно продовжують традиції шістдесятників… Україна прокинулася».


Ирина ЛИСИЦЫНА.

22.11.2008 г.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: