Сегодня

НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Наука и технологии

0
НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Наука и технологии

По совету Макаренко
Что можно поведать такого о химикатах, применяемых в сельском хозяйстве, и чтобы тебя слушали, не прерывая? Это умеет Михаил Макаренко. Слушая его, любая аудитория замирает. На совещаниях, семинарах аграриев области он, пожалуй, единственный, которого никто никогда не прерывает, ссылаясь на регламент. Он излагает сухие сведения о современных препаратах химии для устранения болезней растений, борьбы с их вредителями, об их действии и взаимодействии так, как сказал один из руководителей сельхозпредприятия, как будто поэму Пушкина читает.



Путь менеджера

Если по-простому, то он — лекарь растений, а если официально, то — агроном по защите растений. Это специальность, которую сегодня осваивают немногие студенты. Ведь в будущем ты становишься либо просто агрономом в современном капиталистическом сельхозпредприятии и делаешь все для того, чтобы любыми средствами обеспечить максимальную урожайность, не отвлекаясь на каких-то жучков-букашек, либо идешь торговать на базар. В советское время агрономов по защите растений называли «дай-дай», поскольку на всякую напасть на полях они требовали у председателей колхозов средства на тот или иной химикат. Их терпели — терпели, а потом массово начали сокращать. А вскоре произошла такая вспышка популяции лугового мотылька, съедавшего все на пути своего лета, не хуже саранчи, что вся область вынуждена была встать на борьбу с ним. И с земли, и с воздуха.
Михаилу повезло больше остальных, поскольку он окончил сельхозинститут еще в 1988 году и успел поработать в сельхозпроизводстве непосредственно по специальности. Но большую часть своего жизненного пути он прошел уже как менеджер в сфере химизации, предлагая практикам те или иные препараты для борьбы с вредителями и болезнями сельхозкультур. Свой путь менеджера он начал в небольшой фирме, затем были другие и, наконец, контакты с европейскими компаниями. Для любой такой профильной иностранной компании он — настоящая находка. Поскольку его блестящая эрудиция в своем деле, порядочность во взаимоотношениях с аграриями области означает многое для обеих сторон. Ведь практика убедила, что если тот или иной препарат порекомендовал Макаренко, знай — это не пустые слова, и потраченные деньги обернутся значительной прибылью в виде урожая.

От чего ушли и к чему пришли

Было время, когда про химизацию сельского хозяйства сочиняли стихи. На поля тогда сыпали и выливали препаратов столько, что окружающая среда оказалась переполненной гербицидами, пестицидами, фунгицидами и прочими «цидами» настолько, что в культурных растениях чуть ли не вся таблица Менделеева скапливалась. А какова картина сегодня? Об этом мы и беседуем с Михаилом Макаренко.
— Существуют две модели ведения земледелия — химическая и биологическая. Первая включает в себя применение не только средств защиты растений, но и всего набора минеральных удобрений, химических микро— и макроэлементов. Европа, «наевшись» химикатов из своих продуктов питания, все больше смотрит на Украину, где уровень химизации земледелия хотя и растет в последнее время после некоторого спада, но еще не так высок, как у них. Но вот о биопути у нас больше молчат. Получается, что химия и биология в сельском хозяйстве — непримиримые «враги»?

— Возьмем ситуацию с вредителем сельскохозяйственных культур — хорошо всем известным колорадским жуком. Появился он у нас, и сразу же началось применение против него хлорофоса. Вроде бы этим стабилизировали обстановку, но только на некоторое время. Увидели: при дальнейшем повышении доз эффективность обработок картофельных участков стала падать. То есть возросла резистентность (устойчивость) жука к этому препарату. Вскоре появилось новое поколение химпрепаратов для его уничтожения — пиретроиды. И тоже на некоторое время. Быстрое привыкание популяции этого насекомого к тому или иному препарату приводит к одному итогу: продолжение дальнейшей борьбы будет неэффективным. Отсюда вывод — должны сочетаться все способы и средства защиты растений.
— Что посоветуете людям, которые берут нарасхват то один, то другой препарат для борьбы с колорадским жуком — «каратэ», «децис» и другие?

— Прежде всего, необходимо учитывать ряд факторов. При опрыскивании посадок картофеля во время его вегетации всегда возникает ряд проблем. В частности, это растянутые периоды отрождения личинок и лета взрослых особей. Это требует проведения двух — трех обработок. Но если выращивание картофеля для человека не является его основной работой, то всегда есть задержки: то не приехал вовремя на дачный, огородный участок, то дождь идет, то жара стоит. И льет химикаты скорее для очистки совести: мол, я борюсь с жуком. А он живет и вредит по-прежнему.
Я же делаю по-другому — обрабатываю не взрослые растения картофеля, а клубни, подготовленные к высадке — либо уже уложенные в борозды, либо на расстеленной пленке, мешковине. Препарат «круизер» сделает свое дело. А я объясню.
Как только появляются ростки картофеля, старые жуки набрасываются на них — им нужны силы для продолжения рода. Но действующее вещество тиаметоксам из клубня быстро переходит в надземную часть. Жуки тут же погибают. Я, таким образом, убиваю «двух зайцев»: старых жуков и не появившихся в результате моего действия личинок. Этой защиты хватает до окончания цветения картофеля. Затем выборочно проверяю посадку, и если где-то все-таки появились личинки, обрабатываю эти места опрыскиванием. На 12 соток дополнительно хватает всего восемь литров водного раствора.
— А ядовитые вещества накапливаются в новых клубнях картофеля?

— В растении идут восходящие потоки, то есть из клубня все уходит в ботву, но нисходящих нет. И в клубнях, столонах, вещество не накапливается. Компания, производящая этот препарат, заботится о здоровье людей, о чистоте продуктов питания, обеспечивает ему, так называемый, срок ожидания — от высадки до потребления нового картофеля — 60 дней.
Яд — ядовитее?
— Но не вызывает ли резистентность того же жука, других вредителей сельскохозяйственных, огородных культур к химическим препаратам появление еще более ядовитых?
— Новые инсектициды по своей токсичности для теплокровных, в том числе и для человека, на несколько порядков ниже предыдущих, выпускавшихся 20— 30 лет назад. Западная Европа быстрее пришла к тому, что там стали возникать пустоты — «ниши» в популяциях. Но природа пустоты не допускает. Проиллюстрирую это на таком примере. В этом году, из-за влажной погоды, на посевах сельхозкультур на Луганщине появилось много тли. Конечно же, с ней надо бороться. Но… Необходимо учитывать такой фактор, как наличие у тли естественных врагов — божьих коровок, златоглазок. И если обработку посевов вести в то время, когда божья коровка находится в фазе личинки, а не куколки, то заодно и ее погубят. Тогда, уже не имея естественного врага, оставшаяся после обработки тля, размножится настолько и произойдет такая вспышка популяции, что бороться с ней станет гораздо сложнее.
— Будет ли агроном выискивать каких-то божьих коровок? Сказано ему — «химией», он и будет обрабатывать «химией»…
— Агроном должен определять соотношение вредителей сельхозкультур и их естественных хищников, и сдерживать первых до определенного порога. Если 15 — 20 особей тли приходится на одну божью коровку, то
химобработка посевов нецелесообразна. Божья коровка будет сама держать развитие
тли под контролем.
Легко ли быть честным?
— Предлагать тому или иному сельхозпредприятию тот или иной химпрепарат от конкретной болезни или вредителя — дело рискованное. А вдруг что-то не сработает, и вашу фирму и ваше имя начнут склонять…
— Есть один новый, так называемый, почвенный гербицид против сорняков. И я, и мои дистрибьюторы рассказывали агрономам-практикам о его преимуществах перед применявшимися ранее ацетахлорами. В этом году была влажная и прохладная весна, а в таких условиях ацетахлоры снижают свою токсичность, то есть, их действие на сорняки бывает неполным. И этот год наиболее ярко проявил эту разницу, а те, кто нам поверил, оказались в выигрыше.
— Говорят: культурные растения поражаются болезнями и вредителями потому, что тратят силы на отдачу урожаем. А дикорастущие при этом просто благоухают… Или это не так?
— Если какой-то вредитель съедает дикое растение, то это мало кто замечает, а если культурное, то тут и до паники недалеко… В 2007 году произошла вспышка популяции бабочки чертополоховки (репейница, или нимфа чертополоха — очень симпатичное, такое перепончатокрылое с темными пятнами на коричневых крыльях — Ред.). Так вот, первое ее поколение (личинки) съело сорняки, и от этого агрономы радовались. Но второе поколение перешло на кукурузу, подсолнечник, сою — и это уже огорчило агрономов.
— Саранча этим летом снова появилась в области… Вспоминаются старые телевизионные сюжеты о том, как саранча съедала все подчистую в африканских странах. Зачем ее к нам занесло?
А это как раз и есть наш абориген, в отличие от колорадского жука. Бывают, конечно же, и перелетные кулиги. Природные очаги этого прожорливого насекомого есть везде. Важно станциям защиты растений обнаруживать «кубышки» саранчи, чтобы агротехническими способами уничтожать их до отрождения нового потомства. Если саранча не окрылилась, то бороться с ней легче, чем когда она «встает на крыло» и начнет перелетать с поля на поле. Она очень тонко чувствует атаку на нее человека: трактор с плугом, самолет сельхозавиации. И уходит от них. Важно вот что знать. Где она обитает и особенно откладывает яйца? В густой траве? Нет. Ее излюбленное место — на изреженном растительностью и выбитом ногами скота склоне. Это ее колыбель. Бороться просто: засеять этот склон. Но агронома хозяйства, которому принадлежит склон, еще нужно убедить в необходимости такой работы. И вот почему. Борьбу с подобными вредителями финансирует государство. Но если средства и выделяют, то только постфактум. А хозяйству приходится тратить собственные средства, чтобы потом их компенсировали, а это — ой, как сложно.
Еще один наш абориген — клоп-черепашка, который вредит зерновым культурам. И он будет присутствовать всегда, а я не вижу необходимости его полного уничтожения. Иначе его нишу займет другой вредитель. У клопа-черепашки также есть естественные враги, те же наездники. И они неплохо регулируют популяцию прожорливого клопа.
«Химия» и урожай
— Урожай в этом году неплохой. Какова в нем есть роль «химии»?
— Большая часть руководителей сельхозпредприятий области серьезно относится к своему сельскому бизнесу. Поэтому они стараются выполнять все требования той или иной технологии. А в каждой из них обязательно есть раздел применения минеральных удобрений и средств защиты растений. И многие уже поняли: без средств защиты растений — химической, биологической — они не добьются искомого результата…
— По урожайности той же кукурузы агрофирму «Должанская» можно заносить в книгу рекордов Гиннесса. Этому способствовало сотрудничество руководителя агрофирмы Григория Ковтуна с известной фирмой по защите растений через нынешнего заместителя губернатора по вопросам АПК Александра Ольшанского и вас, работавших в ней. Говорят, что на кукурузном поле образовалась чуть ли не пленка из гербицида, не дававшего прорастать сорнякам…
— Пленка — это образно. Так называемые почвенные гербициды не дают сорнякам всходить, поэтому при хорошей обработке поле и видится чистым, как бы под прозрачной пленкой. Помогли же мы подобным образом трем четвертям сельхозпредприятий области, в частности, фермерским хозяйствам «Світанок» Сватовского, «Дон» Старобельского, «Виктор» Попаснянского, ООО «Сельхозхимия» Старобельского, «Агропромышленная компания» Троицкого районов. Спрос на средства защиты растений огромный. В частности, в этом году мы даже не смогли полностью удовлетворить его. Скорее всего, помогли этому неплохие прошлогодние цены на урожай, когда у сельхозпредприятий появились свободные оборотные средства, в том числе и на средства защиты растений.
— Если продолжить тему урожая зерновых, то такой вопрос: насколько «химия» помогает повышать качество зерна? Ведь цена его варьируется от хорошей до совсем плохой именно по качественным показателям…
— В последние годы зернотрейдеры не очень интересуются зерном пшеницы третьего класса, основного для продовольственных нужд. Можете сравнить вкус хлеба «успенский» десятилетней давности и нынешнего... Для выпечки хлеба стали широко применяться всевозможные улучшители, разрыхлители. Такой хлеб стараются продать как можно быстрее, иначе в некоторых условиях в нем может развиться картофельная палочка. Поэтому покупается зерно, близкое к фуражному, а между ним и третьим классом цена сильно разнится.
Так вот, о роли средств защиты растений… На засоренном поле — более высокая влажность посева той же пшеницы, зерно при обмолоте травмируется, разрушается, на нем появляется патогенная микрофлора, которая переходит и в продукты питания. Обработанные фунгицидами посевы продляют срок жизни пшеницы на 7 — 15 дней. В это время в зерне добавляется масса, идет его более равномерное созревание, отсюда повышается классность, то есть качество. Те, кто использовал в этом году фунгициды, получили более качественное зерно. И выиграют в его цене.

А что же дальше?
— Может, хоть трансгенные культуры будут способны сами подавлять сорняки, и тогда «химия» уйдет «в отставку»?
— Эти культуры выводятся не для борьбы с сорняками. Им так же нужны гербициды. Так называемые глифосаты останавливают в росте все, кроме культурных растений. Опять вернемся к «нише». Выведя картофель, устойчивый к колорадскому жуку, получили вспышку болезни фитофтороза. Так что, это палка о двух концах: генномодифицированные растения либо наша перспектива, либо — тупиковый путь…
— Я помню, как школьником летом распылял из марлевого мешочка дуст с очень противным запахом и названием гексахлорциклогексан (ГХЦГ) над бороздами колхозной капусты для уничтожения американской бабочки. Вонь от этого яда стояла в селах годами. «Дуст» переводится как «пыль», то есть это способ внесения средств защиты растений. Эта химизация была настолько масштабной, что ГХЦГ обнаружили даже в печени антарктических пингвинов. Вот куда его ветры занесли… Опыление как способ вроде запрещен. Но еще и сегодня препараты химии вносятся наземными, воздушными средствами, уничтожая не только сорняки, но и загрязняя окружающую среду…
— Сказать, что любой гербицид не опасен, это неправда. Но есть сдерживающий фактор: каждый препарат имеет свой регламент — когда его вносить, каким образом, доза и так далее. Если кто-то его не выполняет, то это не вина производителей этих средств защиты растений. В том, что СЗРы не делают сельскохозяйственные угодья пустыней, можно убедиться на конкретных полях, где дождевые черви не перевелись, они прекрасно размножаются, улучшая микрофлору почвы. В связи с минимализацией механической обработки почвы, им достаточно пищевой базы в виде целлюлозы (пожнивные остатки — Ред.).
Одним из радикальных методов уменьшения воздействия препаратов химии на окружающую среду является обработка семян перед севом и использование гранулированных продуктов локально в почву. Я выше приводил пример с картофелем. К сожалению, с сорняками можно бороться лишь наземным и воздушным способом…
Интервью взял Борис ЛИТВИН.
9.09.2008 г.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: