Сегодня

Мальчишек из Керчи предупредили накануне: Вы все умрете!

Мальчишек из Керчи предупредили накануне: Вы все умрете!
Мальчишек из Керчи предупредили накануне: Вы все умрете!
В Керчи в пятницу похоронили жертв теракта — студентов и преподавателей Политехнического колледжа. К утру пятницы их число увеличилось до 23-х, считая самого стрелка 18-летнего Владислава Рослякова. Как сообщается на сайте новостей городского портала этого крымского города, накануне скончались ещё двое подростков. Основная причина гибели людей — огнестрельные ранения. Их расстреливали практически в упор, врываясь в учебные классы, а также на лестницах, у столовой, где прогремел мощный взрыв… Местом траурной церемонии выбрана главная городская площадь, носящая имя Ленина. Уже накануне её закрыли для движения и стоянки автотранспорта. Приняты и другие меры безопасности. Сюда с раннего утра стали собираться горожане. С каждым часом — все больше и больше людей. Тысячи крымчан собрались разделить страшное горе с теми, кто потерял своих детей, близких… А накануне вечером корреспондент «СП» набрала номер домашнего телефона местной жительницы Ольги М., рабочей одного из керченских заводов, чтобы расспросить о ситуации в городе, о том, что думают керчане о случившемся в минувшую среду в их обычно спокойном рабочем городе с численностью населения порядка 140 тысяч человек. Живет Ольга на ул. Генерала Петрова. Это одна из главных городских магистралей. Проходит она через центр как улица Горького, потом — Генерала Петрова и уходит на окраину как печально знаменитая теперь Войкова, где расположены корпуса Политехнического колледжа. «СП»: — Как вы там, Ольга? Отошли уже немного от трагических событий минувшей среды? — Разве быстро от такого отойдешь? — Тяжело вздыхает она. — Весь город в трансе и в слезах. Никто и подумать не мог, что подобное может случиться… Нет почти ни одного человека, у которого не было бы в колледже родственников или друзей или знакомых. У меня, например, учился там сын Паша. Окончил его два года назад, но продолжал там бывать, общался с товарищами. Говорит, погибла его преподавательница, женщина средних лет, её все студенты любили. Ох!.. «СП»: — А Рослякова, который, как предполагает следствие, и устроил бойню, ваш Павел, случайно, не знал? — Паша! (обращается к сыну, находящемуся в другой комнате — авт.). Ты с этим… С убийцей был знаком? Говорит, да, немного. Тот ни с кем особо не общался. Был в основном сам по себе. «СП»: — Что там, в колледже, сейчас — говорят, даже родственников погибших не пускают? — Да, никого не пускают. Говорят, одна стена там обвалилась после взрыва. Только одному священнику разрешили пройти, совершить службу. Там убитые долго лежали, до самой ночи. Первой ночи после теракта. «СП»: — Считаете, это был все-таки теракт, а не действия свихнувшегося одиночки? — Так все в Керчи считают. Не мог бы он один все это сделать. Его кто-то зомбировал. А потом там же, в колледже и убил. Моя знакомая дружит со школьной учительницей, у которой учился Росляков. Та говорит: этот мальчик был просто как ангелочек. И учился хорошо, и приветливый. С чего вдруг стал замкнутым, сторонился ровесников? У моего сына в колледже много друзей. Он общался с ними после ЧП. Они рассказали, что своими глазами видели, как из некоторых пустых кабинетов выскакивали люди в масках и стреляли. Не менее трех человек. Потом просто растворились в толпе. Паника ведь началась. Все бежали к выходу, а выход там только один был открыт. «СП»: — Что говорят по этому поводу местные полицейские? — Ничего не говорят. Оцепили колледж двойным кольцом, близко никого к нему не подпускают, с людьми не общаются. Но люди все равно подходят, оставляют цветы, зажигают свечи. Много свечей… «СП»: — А что по местному ТВ? — Его отключили. Никаких местных программ нет вообще. Новости узнаем друг от друга, по цепочке, так сказать, и по интернету. В городе два неплохих новостных сайта. «СП»: — Жизнь в Керчи идет сейчас как обычно? — Нет, людей на улицах, в магазинах очень мало. Все торопятся скорее по домам разойтись. У меня близкая подруга работает в детской поликлинике, говорит, в коридорах перед кабинетами все время очереди были, а теперь пусто, никого. Боятся. «СП»: — Много людей соберется на панихиду по погибшим? — Все, кто будет свободен от работы, я думаю. Кого-то наверняка отпустят специально, чтобы могли проститься… Поеду ли сама на площадь Ленина, где всё начнется, пока не знаю. Я на заводе тружусь, там непрерывный рабочий цикл. Когда все случилось, я тоже на работе была. В цеху шумно, своего голоса обычно не слышно. А грохот от взрыва услышала. Глухой, отдаленный, но донесся. Прибежал встревоженный начальник цеха, говорит: газ, что ли где, прорвало? Я сразу подумала, что не может быть, чтобы это был газ. Не знаю почему… Позже одна наша сотрудница рассказала, что её муж был в тот момент недалеко от колледжа. Видел и слышал все, что потом стало происходить после этого взрыва — бегущих ребят, крики, стоны. Ещё говорят, что накануне к ребятам то ли с первого, то ли со второго курсов, которые курили у входа, подходил какой-то мужчина и говорил, что скоро они все погибнут, всех, мол, убьем. Его приняли за сумасшедшего… «СП»: — Слышали, наверное, о том, что на Украине неонацисты и некоторые политики чуть ли не в пляс пошли, узнав об этой трагедии. Обвиняют во всем Россию… — Не слышала, но не удивляюсь. Мы вообще думаем, что это их люди все устроили. Их стиль. Своих не жалели на Майдане, а уж нас тем более. Все никак не успокоятся из-за того, что Крым снова стал российским. «СП»: — Вы в Керчи давно живете? — Всю жизнь. Родилась здесь. Застала советские времена. Очень радовалась, как и все крымчане, возвращению в состав РФ. И ни разу ни минуты не жалела об этом. Трагедия не изменила моего отношения к своей родной стране — России. Людмила Николаева

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: