Сегодня

Памяти одной идеи

0
 (голосов: 0)
Памяти  одной идеи Памяти одной идеи

Случалось, в течение месяца-двух НИ просто не покидала телеэфира. Помнится, говорилось в студиях малых, средних и крупных компаний малыми, средними и национальными деятелями: «А все почему? Потому что нет национальной идеи». И говорилось ими же: «Необходимо сформулировать национальную идею». И тут же экспромтом: «Национальная идея — это когда…» — по молодежной формуле счастья: «Любовь — это когда тебя понимают». Помнится, был у государства руководитель, мухортенький такой, и он во время одного из своих скучных, беспредметных выступлений дал государственное определение национальной идеи. Ни воспроизвести его, ни даже отыскать его следы не представляется возможным, настолько оно было никаким, — осталось ощущение гаденького обмана в высокочиновничьем духе, типа: НИ — это любить Родину, вставать рано, делать зарядку, чистить зубы, слушаться старших, исполнять обязанность государственной службы.
Слава Богу или спасибо усталости, которую переживают мозговые извилины, принужденные решать задачу, сопоставимую с превращением коровьих лепешек в золото — попытки сформулировать НИ и мобилизовать на ее основе нацию прекратились! Года три или четыре как не произносится это выражение: «национальная идея», не делаются попытки объяснить нерешенность стоящих перед страной проблем отсутствием НИ, не слышно призывов направить мыслительную энергию общества на изобретение НИ.
Причины отказа от поисков не совсем понятны: возможно, отказ объясняется окрепшими позициями правящего класса, — партия, пользующаяся поддержкой половины избирателей, не тратит время на создание мобилизационных проектов. Возможно, незаметно для нас жизнь вокруг нас устроилась таким образом, что не воспринимается как неблагополучная. А возможно и третье или тридцать третье объяснение: что в прежние, политически активные годы (когда партии были молодыми и мечтали заполнить общенациональные границы) их амбиции не исчерпывались чисто карьерными целями, — так тридцатилетнему деятелю хочется не только занять должность вице-министра и участвовать в заседаниях правящего сената, но и произвести в небе одухотворяющее сияние и близкой, и далекой цели. Теперь же партии достигли зрелости, когда, к примеру, мужчина понимает, что по земле следует ступать как-то осторожнее: мир не так просто изменить (если он вообще изменяем), так что лучше состоять при надежной службе, при скучноговорливой жене, — и прекратили морочить себе и людям голову: «Ну ее, эту национальную идею! Лучше петицию сочинить в Европейский суд по правам человека, хоть резонанс будет».
В отличие от других, также не решенных доныне социальных и научных задач, отступление от крепости НИ произвелось как-то всеми сразу и как-то всеми без присущего масштабному мероприятию шума, — никем не было сообщено: «Ребята, поиски НИ прекращаются, повсеместно и всеми сегментами общества, включая ученые советы университетов, руководящие органы общественных организаций, включая отдельных не занятых на производстве интеллигентов». И по настоящий момент не возобновлялось никем — ни единого следа попыток возобновления поиска живительной идеи не обнаруживается ни в эфире, ни на хрупких полосах газет, ни в чудовищно вместительном Интернете. Побей Бог, если сей феномен не представляется мне важнее наличия или отсутствия самой НИ, — он, как думается, должен указывать на неотфлексированные социологами или даже этнопсихологами свойства… а-а-а, скажем так, природы современного, живущего в самом начале XXI века, гражданина страны, покинувшей лагерь социализма и не вступившей в лагерь капитализма. Общество переходного периода, как и юноша, переживающий конец пубертатного созревания, отличается психологической нестабильностью, а советы родителей кажутся возмутительно несправедливыми.
Бросив одно бессмысленное занятие, подросток может взяться за другое, такое же бессмысленное, вместо того чтобы, по совету мудрых родителей, заняться делом действительно полезным: приготовить домашнее задание, повисеть на турнике, убрать в комнате, пораньше лечь спать, чтобы завтра с ясной головой двигать в школу. Какое количество часов-дней-недель-лет (Господи Боже!) угроблено на обоснование насущной необходимости присутствия в живом общественном сознании общей для всех, всем понятной, всеми принятой НИ! То есть садовник, учитель, врач, академик, офицер, купец, домохозяин — все классы, все социальные группы, подгруппы, все граждане обоих полов, ну если не все, то большая часть народонаселения более или менее одинаково осмысливает свою деятельность с точки зрения постановки целей и способов их реализации. Дайте, дайте же народу НИ, и он, молодой, образованный, сознательный, прорвет оборону и выйдет на оперативный простор. Парадокс: умные ж мужчины — кандидаты и доктора наук, главы успешных коммерческих структур, администраторы — твердили, как околдованные кем-то: «Без национальной идеи ни туда ни сюда. Не может быть никакого прогресса без своей национальной идеи! Она была у всех, кто добился успеха: у американцев была своя собственная идея, у японцев, у немцев, у финнов! И вот гляньте-ка, что представляют в наше время государства американцев, японцев, немцев, финнов и всех остальных, кто имел в своем арсенале идей, помимо технических, научных, социальных, идею еще и национальную, а может быть, прежде всего национальную? Может, она — самая главная, так сказать, а все остальные, технические, научные, социальные — всего лишь ее производные? Только у нас нет национальной идеи, поэтому мы и плетемся в хвосте мировых процессов, от совершенствования системы охлаждения двигателя до совершенствования системы распределения продуктов питания!»
Вспоминая теперь периодически охватывавшую страну манию обретения НИ, думаешь не о том, что сегодня, в общем-то, по-прежнему все вокруг дурно, потому в свое время не дожали себя до изобретения НИ, а о том, что…
1. Как плохо изобретатели НИ знают историю. Прочитали бы чуть больше книг, посвятили б чуть больше времени осмыслению прочитанного — поняли б, что НИ рождается в результате катаклизма, сравнимого с несколькими чернобыльскими катастрофами: Америка времен Великой депрессии, Германия после катастрофы сорок пятого года, Япония после катастрофы того же года, Корея после катастрофы 50-х, Италия после поражения во Второй мировой войне и оккупации… Спрошу по-одесски: «Оно нам надо?» Тем более что один Чернобыль у нас уже был, до сих пор в себя не пришли. Второй, экономический Чернобыль, начался двадцать лет назад и до сих пор не преодолен. А тут, как предсказывают ученые, надвигается общемировой финансовый, экономический катаклизм. После которого, как говорят, выживут не все.
2. НИ не программа развития на ближайшие десятилетия, составляемая правительством и принимаемая парламентом, не поток света, направляемый из настоящего в будущее, — ее никогда не видно наперед, ее всегда видно только, оглянувшись назад, по прошествии тридцати — пятидесяти, а то и трех — пяти сотен лет. Такая природа у нее странная: состарившийся джентльмен у камина в дождливую погоду одобрительно кивает головой — как умно он поступил в молодости, что не стал ждать подачек от родственников, а отправился на хромой лошади покорять столицу!
3. НИ, которую в Украине пятнадцать лет искали, воплотилась в реальность двадцать лет назад, с конца августа 1991 года по конец декабря того же года: если считать от Батыева набега, то получится, что ей в девяносто первом году исполнилось неполных восемь веков.
4. С независимым, самостоятельным, всем миром признанным, потенциально могущественным национальным государством на руках украинское общество напоминает дошкольника, которому родители подарили инвазированный множеством кнопок многофунк-циональный механизм: что же с ним делать — облизать, как конфету, или стукнуть им по другой игрушке?
Лайсман ПУТКАРАДЗЕ.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: