Сегодня

Кризис клятвы Гиппократа

0
Кризис клятвы Гиппократа Кризис клятвы Гиппократа Источник: Фото Юрия Стрельцова

Долгие двадцать лет независимости Украина балансирует меж двух огней — конституционным требованием бесплатной медицинской помощи и хроническим недофинансированием лечебных учреждений. Конфликт этих двух диаметрально противоположных явлений зашел настолько далеко, что подавляющее большинство из нас, отправляясь в больницу или в поликлинику, заранее мысленно прикидывают: а в какую сумму выльется болезнь? Потянет ли ее семейный бюджет? И нас уже почти не смущает, если на пороге медицинского кабинета нас встречает записка стыдливо-извиняющегося содержания типа: уважаемые пациенты, из-за недостатка средств персонал лечебного учреждения приносит вам свои извинения за то, что вам приходится самостоятельно приобретать медикаменты, но любые процедуры для вас выполнят бесплатно. Нас просят «войти в положение», и, не имея альтернативы, мы «входим»…


Вполне возможно, что подобная история повторилась бы и в случае с Галиной Ступак, и вялотекущий процесс поборов с пациентов продолжался бы и дальше. Но для медиков случилось непредвиденное: в порыве полного отчаяния молодая женщина обратилась к одному из первых руководителей области.


Позволим себе еще раз частично процитировать это письмо.


«24 декабря 2010 года у меня начались преждевременные роды. Роды были очень тяжелые, в результате было кесарево сечение, родились двойняшки. Состояние детей было очень тяжелое, в связи с чем их отправили в Луганскую областную реанимацию для новорожденных. Нас уверили, что лечение будет бесплатным. Но уже при первом посещении наших детей нам начали предъявлять рецепты, на которых были такие суммы — 1200, 2000, 700, 900 гривень и так далее…»


Поначалу родственники выполняли все требования медицинского персонала: брали в руки выписанные рецепты и шли в ту аптеку, которую рекомендовал врач. Они стремились во что бы то ни стало сохранить столь желанных и для молодых родителей, и для старшего поколения двойняшек. Поэтому всецело доверяли врачам. Да и управлять поступками человека, приехавшего из района, практически не знающего Луганска, да еще в шоковом состоянии, не стоило никакого труда. Откуда было знать жителям сельской глубинки, что на территории той же детской больницы работают и другие аптечные пункты с другими ценами на те же самые медикаменты?


Между тем уже тогда, в первые дни, состояние детей было настолько тяжелым, что родственники понимали: возможен любой исход. Но продолжали надеяться на лучшее. В очередной приезд в Луганск бабушка новорожденных Людмила Николаевна Ступак немного воспрянула духом, когда услышала от доктора, что состояние девочки по-прежнему тяжелое, «без динамики», но мальчик пришел в сознание, уже кричит…


— Я увидела малыша: он действительно кричал, дышал самостоятельно, без каких-либо аппаратов, — рассказывает Людмила Николаевна. — Но так как доктор сразу сказал: один Бог знает, будут внучата жить или нет — решила деток окрестить. Обряд справила в церквушке на территории больницы. Затем доктор вынес мне рецепт, и я все купила. Думала, так надо: я все отдам, только чтобы мои дети, мои внуки жили…




«Обручальные кольца заложил в ломбарде»


Это было 31 декабря. А на следующий день, 1 января, в Царевке раздался горький звонок: семье Ступак сообщили, что мальчик, на которого надеялись больше всего, умер. «За его жизнь мы боролись с половины первого ночи и до пяти утра», — сообщил голос доктора в телефонной трубке.


— А мы так радовались, что у нас двойня… — у бабушки ком в горле в очередной раз перехватывает дыхание, и она вновь не может сдержать слезы… Усилием воли заставляет взять себя в руки, и продолжает рассказ.


А он, этот рассказ, практически ничем не отличается от того, что было вначале. Разница только в одном: теперь предстояло бороться за жизнь не двоих новорожденных, а только одной малышки. Вновь те же рецепты, «отоваренные» в той же аптеке. Непонятно, как в том, шоковом состоянии, семья сохранила все чеки. По нашей просьбе Галина показывает их, и эти немые бумажные свидетели подтверждают: в общей сложности семья Ступак оставила в одной и той же аптеке, которая арендует помещение на территории областной детской больницы, без малого девять тысяч гривень.


Накануне одной из очередных поездок свекровь пошла по соседям и привезла в Луганск еще 500 гривень на лекарства и на 70 гривень купила памперсов и две пачки влажных салфеток — «протирать девочку: она такая маленькая, как ее купать?»


— Больше позычать уже было не у кого, денег не осталось — ни привезти, ни самой приехать. А Галина звонит: нужны две тысячи на одну операцию, потом еще столько же — на вторую операцию, еще тысяча — на томографию… — Людмила Николаевна вновь прокручивает в памяти тяжелые воспоминания.


Одну операцию и томографию все же сделали. Где взяли денег, когда уже никто не давал взаймы?


— Обручальные кольца заложил в ломбарде, — глухо дополняет картину муж Галины 23-летний Максим. Они готовы были отдать последнее, только чтобы знать, что их дочь выздоровеет и однажды вернется вместе с ними домой. И верили докторам, потому что спокон веку им было принято доверять. Именно поэтому Галина поначалу воспрянула духом, когда ей предложили написать заявление на бесплатную МРТ. Позже выяснилось, что такое заявление необходимо только для того, чтобы подтвердить ее, матери, согласие на эту процедуру.


— Потом мне сказали, что «бесплатный» томограф сломан, а даже если бы и работал, то он не гарантирует точности исследований, потому что — бесплатный. И мне настоятельно порекомендовали отправить ребенка на платную томографию, — продолжает перечислять свои мытарства Галина. Расплачивался за эту процедуру ее супруг:


— Я отдал врачу тысячу сто гривень — все, что у меня оставалось. Спустя какое-то время мне принесли сдачу — 20 гривень…


Наездиться каждый день из Царевки в Луганск у семьи не было никакой возможности: проезд одному человеку только в одну сторону на маршрутке сегодня обходится в 56 гривень. Поэтому старались быть в курсе хотя бы посредством телефонных звонков. Но и в телефонном режиме семью не всегда встречали доброжелательно: что вы постоянно звоните — то дедушки, то бабушки?


— А мы ведь звоним на стационарные телефоны с мобильного. И не всегда есть деньги пополнить счет… — грустно дополняет картину Максим.


Галина, Максим, Людмила Николаевна вместе, шаг за шагом вспоминают все свои расходы, каждую копеечку, потому что долгов накопилось в общей сложности на 12 с лишним тысяч гривень. И эти деньги надо как-то отдавать. Как? Пока не придумали: единственный постоянный доход семьи — пенсия, что получает свекор, но она уходит на себя, на самое необходимое. В какой-то степени позволяет держаться на плаву главная семейная кормилица — корова. А в остальном...


— Найти работу у нас практически невозможно, — подтверждает Вита Анатольевна Сельникова, секретарь Распасеевского сельсовета, в состав которого входит Царевка. — В округе только пара фермерских хозяйств, несколько магазинчиков, сельсовет, ФАП и школа. Но везде все места заняты, устроиться невозможно.


Тем не менее именно здесь, в глубинке, и местные жители, и местная власть оказались милосерднее эскулапов из областного центра. Соседи, как уже говорилось, понимая сложную ситуацию, соглашались поделиться деньгами в долг. А депутаты Распасеевского сельского совета на сессии 17 февраля приняли решение оказать семье Ступак материальную помощь — 300 гривень на похороны умершего младенца. Как пояснила Вита Сельникова, пока это только решение, но реальные деньги семья получит уже в ближайшее время. Естественно, на фоне огромных долгов — это капля в море, но больше возможности у местной громады нет.




«Мы столкнулись с откровенным вымогательством»


По поручению председателя областного совета в этой ситуации разбирался начальник главного управления здравоохранения облгосадминистрации Павел Малыш.


— Мы много говорим о реформе здравоохранения, о сокращении коек, но нужно начинать с наведения элементарного порядка в отрасли. В данном случае мы столкнулись с откровенным вымогательством денежных средств у, мягко говоря, необеспеченной семьи. И целый ряд моментов для них можно и нужно было сделать совершенно бесплатно. Например, ту же компьютерную томографию, за которую семья заплатила 1080 гривень.


Руководитель облздрава допускает, что в какой-то момент «бесплатный» томограф реально мог оказаться в нерабочем состоянии. Но тогда, исходя из расценок, действующих в платной фирме, за эту процедуру следовало заплатить 930 гривень, а оставшиеся «150 гривень врач просто положил себе в карман», делает вывод Павел Малыш.


Насколько оправданными были расходы на рекомендованные врачами рецепты? Почему затраты переложили на родственников? Возможно, причину следует искать в недофинансировании больницы?


— Недофинансирование больниц и в районах, и в областном центре было и остается. Абсолютно на все средств действительно не хватает. Но есть «узкие» направления, которые наша областная власть — областной совет и облгосадминистрация — финансирует отдельно. Это — ветераны Великой Отечественной войны, «скорая помощь», чернобыльцы и реанимация, — продолжает Павел Малыш.


Сессия областного совета, утверждавшая областной бюджет на 2011 год, состоялась 30 декабря. Отдельное финансирование было выделено на отделение реанимации и интенсивной терапии, в том числе — на отделение патологии новорожденных, куда отправили и малышей Галины Ступак.


Почему в больнице не оказалось нужных медикаментов в нужное время? По мнению руководителя обл-здрава, в больнице проявили нерасторопность и с большим опозданием провели тендерные торги. При этом «забыли» уведомить начальника главного управления здравоохранения о том, что в лечебном учреждении возникла проблема с медикаментами, хотя в реанимации всегда должен быть обязательный набор для первой помощи… Впрочем, в этой ситуации есть еще одно усугубляющее обстоятельство, на котором акцентирует внимание Павел Малыш:


— Да, есть какие-то моменты, которые бюджет просто не в состоянии потянуть. Но в данной ситуации на семью взвалили все — вплоть до бинтов, зеленки и даже моющих средств, не видя, кто перед тобой и какое горе у семьи.


Кто виноват в том, что произошло? За все, что происходит в лечебном учреждении, несет ответственность главный врач, говорит руководитель облздрава. И хотя он характеризует Василия Ивановича Ткаченко как человека заслуженного и уважаемого, тут же делает поправку:


— Я не увидел в областной детской больнице руководства главного врача.


«Главврач сделал правильные выводы», — говорит Павел Малыш, комментируя отставку Ткаченко. И добавляет:


— Но есть еще масса вопросов к должностным лицам следующего «эшелона». Однако самое печальное — этот случай не единственный. Поэтому оставлять это без выводов — нельзя. И с моей стороны будут приняты самые жесткие меры и к должностным лицам, и к заведующим отделениями, и к рядовым врачам, которые занимаются подобными вещами. Это аморально и преступно — наживаться на чужом горе.


— Можно ли сказать, что в этом деле поставлена точка?


— Нет, это только начало работы, которую я буду проводить. До тех пор, пока будет подобное отношение к пациентам, коллеги в моем лице понимания не найдут. Да, недофинансирование медицины существует. Но чтобы вот так… когда можно было свести финансовые проблемы до минимума… Я убежден, тот, кто взял эти деньги, обязан вернуть их этой семье в полном объеме, — говорит Павел Малыш.




«Горячая линия», слушаю вас…»


Впрочем, есть еще один момент, который волнует руководителя облздрава не меньше всей этой истории, — это репутация всей медицины Луганщины.


— У нас масса хороших, нормальных врачей. Их — большинство. Армия медиков Луганщины — одна из самых профессиональных в Украине. Я благодарен им за то, что они в тяжелейших условиях, при малых зарплатах, профессионально выполняют свой долг. И очень не хотелось бы, чтобы эта история легла черным пятном на репутацию отрасли всей области…


Возможно ли это? Вполне. При условии, что каждый выпускник медицинского вуза, давая клятву Гиппократа, будет помнить и придерживаться ее постулатов в течение всей своей профессиональной деятельности.


«Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости», — гласит один из девяти принципов врачебной клятвы. Увы, эпоха сплошной коммерциализации заставила усомниться, чью выгоду сегодня ставит превыше всего человек в белом халате — пациента или свою собственную. Кризис экономический настолько глубоко въелся в наше бытие, что спровоцировал кризис самого святого — кризис морали…


Тем не менее, начальник главного управления здравоохранения убежден: ситуация поправима, с ней можно и нужно бороться. Безусловно, далеко не каждый может написать письмо, как это сделала Галина Ступак. Да и писать письма, ждать, когда они дойдут до адресата в тот момент, когда больной нуждается в экстренной помощи, когда борьба за жизнь ведет счет каждой минуты — непозволительная роскошь. Для таких случаев в облздраве организовали «горячую линию».


— Любой человек может позвонить в будни с 8.00 до 17.00 по телефонам 53-55-54, 53-34-33 и рассказать, с какой проблемой он столкнулся. Я готов по каждому случаю создать комиссию и тщательно разобраться, — заверил Павел Малыш.

Ирина Ефанова

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: