Сегодня

Интимный разговор об… одиночестве

0
 (голосов: 0)
Интимный разговор об… одиночестве Интимный разговор об… одиночестве

В Луганском областном академическом русском драматическом театре имени Павла Луспекаева расцвела «Персидская сирень» с… запахом одиночества. Именно так хочется сказать о новой постановке 75-го театрального сезона. Обычно премьерные показы дают два дня подряд, чтобы удовлетворить всех желающих попасть на спектакль одними из первых. А вот с этим спектаклем поступили иначе: в минувший четверг – первый показ, в следующий – второй. Есть в подобной интриге некий смысл: о сокровенном – малыми дозами и для избранных.

 

Перед премьерой, как водится, удалось пообщаться с режиссером-постановщиком – главным режиссером театра Олегом Александровым, чтобы прояснить определенные моменты и, может быть, узнать о готовящихся сюрпризах (хотя с последним, наверное, не получится – сюрприз же!).

 

- Олег Валерьевич, почему «Персидская сирень» и почему в достаточно новом для нашего театра формате «Театр на сцене»?

 

- Потому что это одна из лучших пьес российского драматурга Николая Коляды. У нас есть желание вспомнить отображенные там обстоятельства, ситуацию, близкие нам по духу настроения и переживания. Причем все это есть кому сыграть. Мы не случайно выбрали формат «Театр на сцене». Хотелось, чтобы получился интимный разговор со зрителем. Пока «Персидская сирень» - лишь третий спектакль подобного формата. Начинали с международного культурного проекта «Репетируем Ричарда». Затем была постановка по пьесе Птушкиной «Ненормальная». И вот новая работа.

 

- А почему, к примеру, не остановились на еще одном прижившемся формате – «Театр-фойе»? Он пользуется популярностью у зрителя, и публика давно уже окрестила его «малой сценой». «Малая сцена» - слишком велика для задушевного разговора?

 

- В «Театре на сцене» используется такая же техническая составляющая, как и на обычных больших спектаклях. Ограничено только количество зрителей. Вместе с художником Татьяной Набой для постановки были придуманы интересные декорации и даже некоторые спецэффекты, расширившие рамки камерности действия. В «Театре-фойе» таких возможностей нет.

 

- «Персидская сирень» - второй спектакль по пьесам Коляды. Сейчас на сцене с успехом идет его «Баба Шанель». Не секрет, творчество этого драматурга не всем по душе. Что вас привлекает в его пьесах?

 

- Николай Коляда – драматург с мировым именем, хотя не все в его творчестве интересно именно для меня, вызывает острую потребность воплотить прочитанное на сцене. «Персидская сирень» - одно из произведений, которое задело.

 

- Оно было написано в девяностых годах, нуждалась ли пьеса в специальной адаптации для современного зрителя? Что-либо сокращалось, купировалось?

 

- Да (смеется). Убрали одно нецензурное слово. А если серьезно, то, разумеется, территориальный фактор влиял на постановку. Уральские реалии, отображенные Колядой, не всегда понятны луганскому зрителю, мы используем в разговорной речи другие жаргонные словечки и прочее. Но это, скорее, оформление, не касающееся сути произведения, не затрагивающее его основных посылов, которые вне времени и пространства. Никакого местного колорита мы не добавляли.

 

- Десять лет назад вы уже ставили эту пьесу на сцене Северодонецкого городского театра драмы. Луганская версия – ремейк той постановки?

 

- Нет! Это совершенно разные спектакли. Более того, у нас задействованы два состава актеров, и каждый из составов сумел создать свой вариант доверительного разговора со зрителем. История, рассказанная заслуженной артисткой Украины Евгенией Качановой и Сергеем Евдокимовым, отличается от истории Ларисы Круглик и Павла Морозова. Не отходя от авторской трактовки, актерам удалось сделать и отличающиеся друг от друга образы главных персонажей.

 

- Герои спектакля – люди в возрасте, успевшие пожить, приобрести немалый опыт, пережить свои драмы, трагедии. Будет ли их история интересна молодежной аудитории?

 

- Все вечерние спектакли имеют некоторое возрастное ограничение – «после 16 лет». А более старшая аудитория воспринимает происходящее на сцене адекватно, возможно, переосмысливая реплики героев по-своему, накладывая их слова на собственные душевные переживания, но, безусловно, с интересом. Во всяком случае, молодое поколение актеров принимало активное участие в постановке, что подтверждает их небезразличие к затронутым в пьесе проблемам. И все же успех любого спектакля напрямую зависит еще от одного партнера – зрителя, а у него, как известно, разные жанровые и тематические предпочтения. Если он готов к житейской истории с философским подтекстом, то спектакль – для него.

 

- Коляда писал эту пьесу специально для актрисы Лии Ахеджаковой. Когда вы решили взять в работу «Персидскую сирень», то сразу определились с актерами – исполнителями главных ролей?

 

- Пары представились мне сразу. Спектакль богат нюансами, и даже при одних и тех же поставленных режиссером задачах, используя одни и те же технические средства, аксессуары, они играют по-разному. Говоря словами Коляды, это – «боевик на русской почте и русской почве». Но по сути – рассказ о трогательных, а порой и грустных вещах веселым языком. И каждый из исполнителей нашел свой способ общения со зрителем.

 

***

 

В спектакле звучит много песен советской эпохи, в художественном оформлении присутствуют некоторые вещи, уже ставшие раритетами, но Олег Александров уверен: привязки ко времени публика ощущать не будет…

 

Конечно, оказаться в числе первых зрителей было непросто. И все же стать участником интимного разговора удалось, о чем, забегая вперед, ничуть не пожалела. Понятно, что вначале некоторый дискомфорт доставлял груз критический информации по разным постановкам произведения в разных театрах, засевший в силу рода занятий в журналистской голове, и невольное желание сравнивать реплики, произнесенные той же Качановой, с воображаемыми ахеджаковскими. Но вскоре сие давление улетучилось. И тысячу раз прав Олег Александров, заявивший актерам после генеральной репетиции: «Теперь, дорогие мои, от режиссера уже ничего не зависит. Ваш выход». И они вышли…

 

Дуэт Качановой и Евдокимова был великолепен. Именно дуэт. Сложившийся с первых минут встречи героев. И звучавшие уже потом их монологи-исповеди – тоже часть дуэтной игры: пока один говорил – второй сопереживал, до настоящих (!) слез… Сопереживали и зрители – пусть не до слез, но до щемящего комка в горле уж точно… А сколько забавных моментов подарили актеры, найдя свои, возможно, импровизационные жесты, движения!

 

И еще. В каждом составе актеров «Персидской сирени» есть реальная возрастная разница между партнерами: кто-то из них не дотягивает до пенсионного. Несомненно, грим и другие актерские инструменты не дают зрителю этого увидеть. Думается, такой режиссерский ход в подборе пар вполне оправдан. Ведь одиночество – вневозрастная категория.

 

Ирина ЛИСИЦЫНА.

Фото Романа МАМЕДОВА.

Интимный разговор об… одиночестве
Интимный разговор об… одиночестве
Интимный разговор об… одиночестве
Интимный разговор об… одиночестве
Интимный разговор об… одиночестве
Интимный разговор об… одиночестве

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка:
Зеркала настенные, напольные
hydraspeed24.com