Сегодня

НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Реалии

0
НАША ГАЗЕТА | Архив 2007-2010 - Реалии
Прощание со «Славянкой»,
или Жизнь без шахты

Всего десяток лет тому назад в горняцкий поселок Лозовский, на «Славянку» (так ласково называли горняки свою кормилицу — шахту «Славяносербскую») можно было уехать из областного центра утренним, шестичасовым рейсом, с рабочими. Расстояние — всего каких-то 40 километров. После того как в 2004 году добыча угля на предприятии была прекращена, отменили и маршрут. Поэтому добираться пришлось сначала на поезде Луганск—Донецк до станции Славяносербск, а оттуда — пешком, на «одиннадцатом номере», по «бетонке».
Как же живет сегодня шахтерский поселок без кормилицы? Ведь начинал он строиться вместе с шахтой «Черкасская» № 1, ровно 60 лет тому назад. В хорошие времена и юбилей можно было с размахом отметить, с народными гуляньями, с фейерверком…
Возможно, так бы оно и случилось, не произойди здесь 15 лет назад, 3 сентября 1994 года, трагедия, которая унесла жизни тридцати горняков…






Как было
До середины 90-х годов поселок Лозовский почти процветал. Жил на полную катушку. Ведь рядом, в километре, исправно давала уголек на-гора шахта. В 60 — 70-е годы его добыча колебалась в пределах 600 — 775 тысяч тонн в год. В поселке, насчитывавшем в 1976 году 7,6 тыс. человек, функционировала вся необходимая для нормальной жизни социальная сфера: средняя школа на 1300 учащихся, больница на 80 коек, три детсада, дом быта, Дворец культуры им. Гагарина на 300 мест. Только за две пятилетки в эксплуатацию было введено 9 тысяч квадратных метров жилья для горняков. Нехитрые подсчеты показывают, что новоселье за десятилетие «застоя» справили 300 семей, почти половина трудового коллектива шахты. Жизнь и шахты, и поселка дала трещину именно в том злополучном 1994 году, после взрыва. Не смог трудовой коллектив отстоять своего одного из лучших, по воспоминаниям ветеранов, директора П.Ф. Тужикова (в те годы после аварии такого масштаба директор не мог оставаться на своей должности). В результате по итогам 1994 года добыча составила уже 174 тысячи тонн (500 тонн в сутки).
Руководители, пришедшие на смену П.Ф. Тужикову, предпринимали попытки вернуть былую мощь «Славянки», но они так и не увенчались успехом. 5 лет тому назад предприятие с 10-миллионными запасами низкозольного угля попало под бульдозер реструктуризации. Даже несмотря на то что руководство страны в те времена громогласно заявляло, что шахты, имеющие балансовые запасы угля, закрываться не будут. Увы, подсчеты показали, что шахте не суждено быть рентабельной, а значит она обречена умереть в убытках. Потому из подземных недр «Славянки» без особого надрыва извлекали все, что могло пригодиться на других шахтах «Луганскугля».
Разумеется, повлияло на судьбу шахты и постоянное разрушительное недофинансирование, которое оправдывали ставкой на успешно работающие предприятия, а не на тех, кто плетется в хвосте, добывая мизер угля.

Как стало
Что же имеем сегодня? Интересуюсь у председателя поссовета Владимира Анатольевича Зварина, какой процент жителей 5-тысячного поселка составляют пенсионеры. Он не задумываясь отвечает:
— Все 100!..
Конечно, бывший горняк чуток перегнул палку, рождаются в Лозовском и дети: в год уходят в мир иной до 100 человек, рождается 30 — 40 детей. По законам демографии — вымирающий населенный пункт.
Почему поселковый голова так ответил, стало понятно, когда мы с ним вышли на экскурсию по поселку: донимали его вопросами и проблемами одни ветераны труда.
Кстати, первой собеседницей, повстречавшейся при въезде в поселок, стала тоже находящаяся на заслуженном отдыхе бывшая стволовая «Славянки» Мария Мироновна Гуменюк. Неподалеку от своей многоэтажки выкапывала она незавидный картофель, величиной с наперсток. Да и откуда ему здесь взяться, урожаю, если лето выдалось знойное, а полива — никакого? Спасает лишь то, что пенсию недавно повысили до 1500 гривень.
Еще один горняк — пенсионер Феобай Оттович Макштадт — поведал о том, как четыре года подряд жильцы пятиэтажки по ул. Ленина, 4-а зимовали без парового отопления. После долгих мытарств вскладчину подвели к дому газ. Немало на это денег ушло, больше десяти тысяч. Не очень-то лестно отозвался бывший электрослесарь шахты и о косметическом ремонте дома.
А в центре поселка, на площади перед ДК пестрел нехитрый утренний базар, основными действующими лицами которого являлись все те же ветераны труда. Все овощи и фрукты — привозные, доставлены перекупщиками. Цена — как и в областном центре. Один к одному. Тощие кошельки пенсионеров худели быстро.
Чем еще удивляет центр поселка, так это зияющими или забитыми окнами всех четырех многоэтажных кирпичных домов постройки 50-х годов. Судя по всему, когда-то в квартирах-сталинках жила шахтная элита. Сегодня, по словам В.А. Зварина, в поселке остаются брошенными, бесхозными 30 приватизированных квартир, к которым не знаешь как и подступиться. Хозяева — на заработках в других городах и весях. Понемногу возвращаются из «белокаменных», кризис — он везде кризис. В целом же процесс пока не пошел. А сбежали, побросали квартиры многие из-за того что тарифы на теплоснабжение установили заоблачные: 9 грн. 18 коп. за квадратный метр.
Там же, на местном базаре, пенсионеры подсказали еще один объект повышенного внимания для приезжего журналиста. Дескать, неплохо бы побывать вам на нашем «проспекте» им. Горького, где дома разбирают на слом. Но о визите на Горького — чуть позже.

Расходы и доходы «Возрождения»
Местную ЖЭК назвали в Лозовском «Відрождення». Но что возрождать? Полуразрушенные 49 домой из 124-х, находящихся на балансе ЖЭКа, уже не возродишь. Жилой фонд, который обслуживают полтора десятка сотрудников ЖЭКа (было 40), составляет 67 тыс. квадратных метров. Поступления в основном за уборку территории (3,32 грн. с человека, 3,54 — частный сектор) и квартплата составляют чуть больше 40 тыс. грн. в месяц. 9 тысяч из этой суммы уходят в Пенсионный фонд. 6 тысяч — НДС, 3 — подоходный налог, еще одна тысяча отправляется в фонды по безработице, страхования от несчастных случаев.
Оставшаяся половина — на зарплату. Что остается на развитие, на благоустройство? Ничего. Так и работают, едва сводя концы с концами. Причем дело приходится иметь и с домами, создающими аварийную ситуацию. Это все про ту же улицу Горького.

Помним о прошлом
Нельзя сказать, что местные власти ничего не предпринимают в этой ситуации. В 2007—2008 годах поссовет принял на свой баланс от угольщиков большую часть социальной сферы. На капитальный ремонт жилищного фонда, если его, конечно, можно назвать капитальным, израсходовано 5 млн. 474,6 тыс. грн. «угольных» средств. 384,6 тыс. грн. ушло на косметический ремонт Дома культуры. До капитального ремонта внутри здания дело не дошло. Тем не менее дедушка Ленин, красующийся на постаменте перед Дворцом культуры, повеселел. После того как его покрасили бронзовой краской.
За счет Украинского фонда инвестиций обрела вторую жизнь врачебная амбулатория поселка. Новая мини-котельная, замена системы отопления, кровли, приобретение стоматологической установки, кардиографа, сухопарового шкафа для стерилизации, электрокардиографа, новые стулья — это результат сотрудничества Славяносербской райгосадминистрации с немецкими инвесторами. Жителям поселка оказывают лечебную помощь стоматолог, терапевт, педиатр, гинеколог, работает физкабинет. Имеется в амбулатории и стационар дневного пребывания на 30 коек, работает в поселке и бригада «скорой помощи».
А рядом со зданием поссовета заканчивается строительство часовни в память о 30-ти горняках, погибших 15 лет назад. Поздновато, но вспомнили о тех, кто отдал жизни в борьбе за уголь. Имеются и несогласные с местом нахождения часовни. Мол, надо было разобрать завалы бывшего общежития, находившегося на центральной улице, благоустроить, разбить парк, а в центре — часовню… Вопрос упирается в средства. В условиях, когда закрыта шахта, бюджетообразующее предприятие, сделать это практически невозможно.
Когда ехали мы на председательской «Таврии» на бывшую шахту, Владимир Анатольевич едва успевал «расшифровывать», что из себя ранее представляли развалившиеся строения — детские ясли, кафе или общежитие. А ведь были времена, по воспоминаниям ветеранов, когда директор шахты П.Ф. Тужиков на утренней планерке во главу угла ставил не производственные, а социальные вопросы: «Что сделано для детсадов «Ласточка» и «Веточка»? Все ли проблемы решили по детским яслям?» В развалинах сегодня бывшие детясли…

Прощай, «Славянка»!
Когда молодых призывников поезда увозят к местам службы, на вокзалах звучит торжественный марш «Прощание славянки». Он же звучит, когда солдаты отправляются на родину. По шахте с аналогичным названием впору играть траурный марш.
Закрывали ее быстро, второпях, на скорую руку. Визит на ее развалины только подтвердил это. Фотографировал застывший теперь уже навсегда копер, а сердце сжималось от боли. Ведь могло же предприятие работать! Три пласта, четыре горизонта. Три десятилетия подряд, с суточной нагрузкой в 1000 тонн могла трудиться «Славянка»…
Председатель ликвидационной комиссии, бывший заместитель директора шахты по производству Валентин Анатольевич Завьялов с грустью говорит:
— Стоимость проекта закрытия шахты, выполненного харьковским институтом «Южгипрошахт», составляет 156 миллионов гривень. На одну только экологию планировалось выделить около 50 миллионов. Ничего этого не сделано. Даже откачка воды не ведется. Вчерашний замер показал, что вода находится на отметке 403 метра от поверхности. Когда предприятие закрывали, она находилась на горизонте 630 метров.
Отметка 385 метров — критическая. Дойдя до нее, вода, по закону сообщающихся сосудов (выработок), через 13-метровую сбойку может попасть в выработки соседней шахты «Черкасская». Что тогда? Строить новый водоотлив на «Черкасской»? Вопрос: за какие средства? Пока о последствиях возможного подтопления горных выработок «Черкасской» водами соседней закрытой шахты никто всерьез не задумывается. Не поздно ли будет креститься, когда гром грянет?

На «проспекте» им. Горького
И в заключение, как и было обещано, о пребывании на злополучной улице Горького. Скажем сразу, из 20 жилых домов, числившихся ранее на балансе шахты, в «строю» всего два. Остальные, оставшись без жителей, либо саморазрушаются, либо разбираются на стройматериалы. В одном из «живых», под номером 11, мы и побывали. Отопление — печное, ХІХ век. Дом постройки 1960 года. Не ремонтировался ни разу. В список жилья, передаваемого в коммунальную собственность, не попал. Рассказывать, что творится в его подвале, не хватит никаких сравнений и эпитетов.
В одной из квартир познакомились с семейством Осован. Бабушке Полине Васильевне судьбой выпало воспитывать одной сразу четырех внуков — Сережу, Алену, Полину и Люду. Ничего — воспитывает, не падает духом. Но в каких условиях?!
В квартире другой прибившейся к этому дому «квартиросъемщицы» Ады Логвиновой и дверей-то нет, вместо них — одеяло, в «туалете» — полнейшая антисанитария. Живет она одна. Дом бесхозный! На балансе поссовета не числится. Шахта поссовету его не передала…
Где искать помощи этим униженным и оскорбленным ХХІ века? Вот такие они, реалии бытия поселковой жизни. Жизни без шахты. Жизни, которая бурлит лишь на ставшей недавно частной обогатительной фабрике, да в близлежащей «зоне» — исправительном учреждении № 60, где отбывают срок лица, получившие пожизненное заключение. Именно туда, в «зону», утром из поселка проследовал красный УАЗик с надписью: «Спецмаршрут», битком набитый сотрудниками при погонах. Выходит, о преступниках наше государство заботится, а для ветеранов труда, честно отработавших на производстве, «опекунов» так и не находится…


Виктор ЗЕЛЕНСКИЙ.
п. Лозовский, Луганская обл.
22.08.2009 г.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: