Сегодня

Искусство терпеливых

0
Искусство терпеливых
Искусство терпеливых

Для того чтобы познакомиться с древним восточным искусством бонсай, необязательно ехать, скажем, в Японию. Достаточно побывать в поселке Кленовый, который входит в состав Ровеньковской территориальной громады. Там живет Михаил Абдула, занимающийся выращиванием карликовых деревьев (с 1994 года, как сам говорит, вслепую, а с 2004 года — осознанно). Готовясь к встрече с местным бонсаистом, освежаю свои знания об удивительном искусстве.






Бонсай (в переводе с японского — растущий на подносе; дерево в горшке) — искусство, показывающее красоту природы одним или несколькими миниатюрными деревьями. Если человек решил заняться выращиванием этих миниатюрных растений, то, прежде всего, он должен быть художником, способным мысленно создать желаемый образ, а уже потом хорошим садоводом, умеющим перенести этот образ на живое растение.
Это — целая наука выращивания растения на блюде или в небольшом мелком сосуде. Главный принцип, который мастера бонсай используют в работе вот уже более тысячи лет, — «через малое видеть великое». При помощи бонсай на маленьком пространстве воссоздается все разнообразие окружающей природы.
Многовековая история бонсай уходит корнями в культуру Индии и Китая. В
VI веке вместе с буддизмом благодаря странствиям монахов его принесли в Японию, где бонсай начал успешно развиваться. Японские мастера бонсай смогли разработать главные правила формирования дерева, исключая любые случайности.
Стили бонсай естественны, просты, лаконичны, они очень приближены к природе, в них нет излишеств и помпезности. В бонсае используют не только деревья, но еще и кустарники, травы. В зависимости от роста ствола, ветвей и корней выделяют пятнадцать стилей. И несмотря на канонизированность стилей, любой бонсаист добавляет в это искусство что-то и от себя. Как правило, в бонсае используются местные растения.

Наконец, попадаю в гости к ровеньковскому бонсаисту. Он не спешит хвастаться деревцами, а сначала ведет к компьютеру, где собрана летопись его личного бонсая: фотографии и заметки.
По словам Михаила Викторовича, вирусом будущей страсти он был поражен еще в детстве. В восьмом классе впервые узнал о том, что существует такое искусство. И только в 1994 году, увлекаясь разведением комнатных растений, решил попробовать бонсай. Не остановило даже отсутствие информации о том, с чего начинать.
— Я, возможно, и раньше рискнул бы, но думал, что для бонсая нужны специальные семена. Оказалось, бонсай можно сделать из любого дерева.
Экспериментировал с грушей, дубом и сосной. Подрезал, формировал крону, добивался замедления роста. Через десять лет «слепых» поисков попал на форум таких же любителей в Интернете и стал черпать знания из этого полезного общения.
— Вообще удивляюсь, как что-то выжило после моих экспериментов, — честно признается он. — Теперь-то я понимаю, что все делал неправильно. Погибла треть рабочего материала. Большинство не по моей вине — вирус одолел. От него уберечься очень трудно. Бонсай — это космос: чем больше туда погружаешься, тем сложнее разобраться. Но желания оставить занятие не возникает. Единственное, что беспокоит, — это разлука с деревьями во время отъездов. Тогда за ними присматривает жена Ольга. Ведь за каждым из деревьев — свой уход.
По образованию Михаил Викторович — фармацевт, кое-что из профессиональных знаний использует в работе с деревьями. Но утверждает: заняться бонсаем может человек любой профессии.

Сегодня в работе у Абдулы — более шестидесяти деревьев. В следующем году три из них можно будет назвать завершенными бонсай — два вяза и грушу. Кстати, почти все деревья, кроме китайского вяза, граната и фикуса, местные. Груша, например, — обыкновенная «дичка», выкопанная в лесу. Клены, сосны, алыча, рябина, боярышник, акация, шелковица, несколько видов можжевельника — все это через время превратится в бонсай (в традиционном его понимании). А вот туи, скорее всего, станут дворовым бонсаем.
— Есть и дворовой бонсай? — уточняю у собеседника.
— Традиционно бонсай — это то, что растет в плошке. Но искусство развивается и получает новые направления. Бутерброд ведь сейчас тоже не только хлеб с маслом (смеется). Дворовой бонсай используется в ландшафтном дизайне.
Существует бонсай для двух, четырех, шести рук. Что это значит? Ни что иное как количество рук, которые могут поднять бонсай. От этого во многом зависит и размер плошки, площади, на которой произрастает бонсай, и его вес. У Абдулы, несмотря на помощь жены, все бонсаи маленькие — для двух рук.
Из-за бонсая семье пришлось отказаться от комнатных растений. Зимой не хватает места для их размещения. Да и во дворе, кроме фруктовых деревьев и роскошного куста розы, хозяева тоже ничего не выращивают. Потому как весной бонсай высаживают в грунт, чтобы ускорить рост.

Бонсай — искусство для терпеливых, наверное, поэтому увлеченных им людей немного. На форуме бонсаистов Михаил общается в основном с теми, кто проживает в больших городах. Луганчан на этом форуме нет. Есть ли таковые вообще в нашей области, он не знает.
— Среди моих знакомых есть два, так сказать, сочувствующих бонсаиста, — говорит наш герой. — Им нравится бонсай в готовом, завершенном виде. Но философия бонсай — это не созерцание, а именно процесс выращивания. Для формирования готового деревца-бонсай требуется минимум пятнадцать лет.
Весной Михаил Викторович приходит в лес, чтобы найти «сырье» для будущего бонсая. Приглядывается к деревьям, некоторые формирует прямо в лесу. Здешние окрестности он называет бонсайными, так как многие растения появляются на свет в скалистой почве. Они изначально запрограммированы быть низкорослыми, потому что корням в камнях некуда расти.
Есть у Абдулы вяз, который несколько лет объедали на лесной поляне козы. Сами того не подозревая, животные формировали его крону. «Вот с этим экземпляром было легко работать, — поясняет бонсаист, — он уже привык к корректировкам роста со стороны коз и на половину был сформирован в нужном направлении».
Для замедления роста используют и различные препараты, но Михаил Викторович добивается желаемого результата исключительно агротехникой: подрезает корни, ветви, а питание дает полноценное.
В комнате зимуют только южные растения, все остальные устраиваются на зимовку в летней кухне или погребе. Главное, чтобы больших морозов не было. А минусовую температуру местные деревья переносят хорошо. Если есть возможность, то деревья лучше совсем не забирать из грунта в плошку в течение пятнадцати лет — в период формирования. Тогда они меньше болеют и быстрее формируются. Конечно, в идеале надо иметь для бонсая теплицу, которой у Абдулы пока нет.
Отнюдь не помогает бонсаю проблема водоснабжения в шахтерском поселке. Каждая капелька живительной влаги идет деревцам. Выручает вагонетка, в которой собирают дождевую воду.

Абдула старается дружить со своими деревьями. Вырастить большой куст легко, считает он, а вот заставить ветку расти в нужном направлении — трудно. Помогают ножницы и проволока. В такие минуты Михаил Викторович чувствует себя хирургом, которому иногда приходится делать больно своему пациенту. «Жестокое занятие», — заметят любители и защитники природы. Иногда подобные мысли посещают и самого бонсаиста. Но ведь монахи Древнего Востока не могли заниматься чем-то кощунственным, уверен он. Поэтому продолжает служить
бонсаю.
Пытался Михаил заниматься и искусственным бонсаем. Этот период совпал с непростой психологической реабилитацией после тяжелой болезни. С одной из работ он даже «засветился» в 2000 году на телевидении — в программе «Сам себе режиссер». Видеосюжет об этой работе был отмечен специальным призом — телевизором.

Михаил Викторович старается вырастить бонсай разных стилей. Пока из десяти основных в работе только четыре: «метелка», неформальный, неформальный прямостоящий, майори. В зародыше — «каскад» из можжевельника.
Бонсай — нестатичное искусство. Модель, как любую конкурсантку, в течение трех-четырех недель тщательно готовят к выставке, приводят в порядок каждую веточку, каждый листочек, плошку выстилают мохом и… фотографируют. Пройдет время, дерево изменит свой облик — оно же живое, растет. И придется снова что-то «ретушировать», можно даже изменить стиль.
— Самое красивое в бонсае — корни, расходящиеся по поверхности причудливым узором, — поясняет Абдула и показывает белесые «артерии» одного из своих подопечных.
В отличие от других произведений искусства деревья-бонсай безымянны. Хозяин, автор различает их только по возрасту (старый вяз, молодой вяз) и стилю.
— Самое дорогостоящее в бонсае — это плошки, — говорит Михаил Викторович. — К тому же их сложно приобрести. А расходный материал, удобрения для семейного бюджета вполне приемлемы: 20-30 гривень за сезон.
— То есть это — хобби не для богатых, а для терпеливых?
— И для богатых, и для терпеливых, — улыбается бонсаист. — Богатые могут купить бонсай, потому что стоит готовое деревце дорого, а терпеливые смогут это деревце вырастить.
— Вы в будущем планируете продавать свой бонсай?
— О нет! Возможно, лет через пять устрою выставку своих подопечных. Продавать их так же больно, как любимую кошку или собаку. Для меня бонсай — это творчество, а не коммерция.


Ирина ЛИСИЦЫНА.
г. Ровеньки.

8.08.2009 г.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: