Сегодня

Вот это да!Черный день сурка

0
Вот это да!Черный день сурка
Вот это да!

Черный день сурка


В Бараниковке Беловодского района руководитель агрофирмы уничтожил 53 норы байбака. В истории Луганской области это первый случай массового истребления степного сурка. Предположительно, из очагового обитания выбита колония в 150 голов.





Очаговое обитание

И землеустроитель сельсовета Федор Горбанев, и начальник отдела биоресурсов заповедных территорий и поверхностных вод Луганской государственной экологической инспекции Николай Баранов, и охотовед ГП «Беловодское лесоохотничье хозяйство» Александр Мележик изумленно пожимают плечами. Они не могут припомнить ничего подобного тому, что случилось в Бараниковке — чтобы вот так, за один раз потравить и затем забить норы такого количества байбака.
— Бывало всякое, — признается старший государственный инспектор госэкоинспекции Луганской области Николай Баранов, — снимали спицы браконьеров, видел я, как орел охотится на байбака, наблюдал, как охотится волк, но с примером подобного варварства встречаюсь впервые.
У землеустроителя Федора Горбанева голос дрожит, когда он рассказывает о случившемся:
— Мы гордились колониями байбака, на весь бывший Советский Союз было несколько очагов обитания сурка, один из них здесь, в Деркульской степи. (В отношении байбака используется термин «очаговое обитание», а не «ареал».) Сурки жили во дворах у нас. Да мы росли рядом. Байбак был частью нашей жизни и нашего мира. И вот… Вышел несколько дней назад в степь…
Несколько дней назад картина вокруг Зюзиковского яра, где обитали колонии байбака, резко изменилась — зверек исчез. Почему — догадаться было нетрудно. Кто приложил руку — тоже. В деревне все друг про друга все знают. Как выяснилось, директор агрофирмы, по-деревенски фермер, давно начал кампанию против сурка. Потравливал потихоньку, теснил сурка с полей в ярок. Видимо, безнаказанность разогрела аппетит у фермера, и он решил дать грызуну генеральное сражение — потравил норы и забил их на участке, от которого его пахоту отделяет дорога.
Во время доследственных мероприятий, обращаясь к исполнителям своего распоряжения — водителю, слесарю и бригадиру, к трем бедолагам, полностью зависящим от него, директор артистично удивился:
— Чего это вы, ребята? Как так можно? Я ж вас просил всего лишь попугать байбака.
Присутствовавшие при этом члены комиссии обратили внимание на улыбку фермера, им почему-то показалось, что фермер откровенно съехидничал: зря вы это все затеяли, мне за сурка ничего не будет. А вот не будет, и все.


Степной сурок, он же байбак (Marmota bobak) — дальний родственник белки. Имеет плотное телосложение. Шкурка песочно-желтого цвета с черной рябью на спине. На коротких сильных передних лапах крупные когти, приспособленные к рытью нор. Передвигаются сурки в природе шагом и галопом.
В прошлом байбак был широко распространен по степной и отчасти лесостепной зоне от Венгрии до Иртыша, но под влиянием распашки целинных земель исчез почти повсюду, сохранившись лишь по участкам нетронутой целины на Дону, в Среднем Поволжье и в Казахстане. В Украине байбак обитает в нескольких обособленных очагах в Луганской и Харьковской областях.

Бином Ньютона
Четвертого июня дежурному экологической инспекции Луганской области поступил сигнал тревоги: на пастбищных участках Бараниковки кто-то забил байбачьи норы.
За два дня до этого, второго июня, специалисты экоинспекции области работали в Бараниковке, они фиксировали с помощью спутниковой системы охраны и навигации ДжиПиэс расположение нор. Через два дня — вот такое сообщение.
К полудню десятого июня ситуация, говоря словами Николая Баранова, была уже отработана: установлено количество забитых нор (53), установлен варвар — директор агрофирмы, опрошены исполнители варварского распоряжения, определен ущерб, нанесенный экосистеме региона. По информации старшего государственного инспектора госэкоинспекции, ущерб равен 165 тысячам гривень.
Вот здесь между начальником отдела биоресурсов, который не имеет права выходить за рамки природоохранного законодательства, и корреспондентом «Нашей газеты», который в своих оценках гораздо свободнее, возникает непонимание.
Николай Баранов четко исполнил свои обязанности — участок осмотрен, обследован, количество забитых нор посчитано, подсчитан ущерб. Но факта травления сурка Николай Николаевич ни подтвердить, ни опровергнуть не берется — следствие установит. Для меня, как и для любого жителя Бараниковки, очевидно, что байбака сначала травили, а потом только запечатали ему ходы. Бараниковский егерь Юрий Кукуянцев по этому поводу готов расхохотаться на всю степь — подумаешь, бином Ньютона, чи впервые фермеры байбака травят? Кому не известно, какие средства при этом используются — фумигаторы. Эффективность стопроцентная. Ни один зверек не спасется.
Однако норы почему-то не раскопаны, мало того, кажется, никто раскапывать и доставать трупы сурков даже не собирается. А уклончивые ответы — типа «надо подождать» и «экскаватор может распугать байбака» наводят на такое соображение: за агрофирмой стоят влиятельные структуры, способные свести результаты расследования на нет.
Прошла по меньшей мере неделя — сурок, если его предварительно не травили фумигатором, должен был пробить себе выход. Этого не случилось. И норы не раскапываются. Почему?

Потому что — фермер, хозяин, работодатель
В конце концов, фермер (как говорил Глеб Жеглов) может плюнуть в физику своим работникам, кто травил и забивал норы, и сказать, что впервые их видит. Распоряжений соответствующих он не подписывал, фумигатора не покупал. Так что придется трем бедолагам — водителю, слесарю и бригадиру — соображать, где взять 165 тысяч гривень на уплату штрафа.

Живут байбаки большими многолетними колониями, устраивая для жилья норы разного назначения и сложности. От главного хода отходит ряд отнорков или тупиков, в которых сурки устраивают уборные. На глубине 2—3 м располагается гнездовая камера. Общая протяженность ходов и отнорков постоянной норы достигает 57—63 метров. В особенно сложных норах бывает по нескольку камер разных размеров, и ходы образуют несколько этажей. При устройстве постоянной норы на поверхность выбрасывается до десятка кубометров грунта, образуя холм-сурчину. На сурчине близ обитаемой норы находится утоптанная площадка, откуда сурки осматривают окрестности. Остальная часть сурчины постепенно покрывается растительностью, сильно отличающейся от окружающей флоры. В густонаселенных сурками местах сурчинами покрыто до десяти процентов поверхности, отчего ландшафт приобретает своеобразный волнистый характер.

«Хозяин»
Когда это случилось и в Бараниковку приехала комиссия, то, естественно, встал вопрос о фермере: договор, условия хозяйствования, отношения с Земельным кодексом Украины.
Оказались эти отношения не совсем и не во всем идеальными. По информации землеустроителя Бараниковки Федора Горбанева, фермер замечен в нецелевом использовании земельных участков. Фирма арендует у жителей села свыше двух тысяч гектаров земли. В последние годы фирма, никого не ставя в известность, припахала себе в прямом и переносном смысле пастбищной земли — десяток гектаров там, десяток — сям, распахала дорогу — пять метров в ширину, два километра в длину. Собственно говоря, ничего особенно страшного в этом нет. За нецелевое использование земли в тюрьму не сажают — штрафуют. Предприятие и заплатило штраф государству — двести с чем-то гривень. Беда только в том, что припахивает фермер землю, на которой живут… нет, жили колонии байбаков.
Да, байбак — сосед не из приятных — свистеть любит, на поля заходит, может молодыми (до третьего листа) побегами подсолнуха позавтракать. Но уже с появлением четвертого листа от подсолнуха отказывается.

Местами складывается конфликтная ситуация, аналогичная проблеме «лес и лось». Сурок питается в основном дикими растениями и сорняками, но иногда поедает и культурные растения, например, горох.
Кроме того, устраивая норы на полях, он вытаптывает всходы вокруг норы, а выбросы из нор, где встречаются камни, становятся причиной поломки сельхозтехники.

Общение с членами комиссии оставило странное послевкусие. Есть что-то непонятное в наглости, с которой фермер выехал нам навстречу, и даже улыбнулся. Три года фирма изводит сурка, который, например, в Российской Федерации занесен в Красную книгу, а для Луганской области является геральдическим животным. И никто ничего! Пока истребление не приобрело массового характера. При этом у меня не то чтобы уверенности — нет даже слабой надежды на то, что в войне с байбаком завтра наступит перемирие.
Перед тем как сесть за компьютер, я сделал несколько звонков нескольким посвященным людям. И знаете, что удивительно: полнейшее отсутствие определенности. Определенно известно только одно: 53 норы забиты. Все остальное — туман, в котором можно двигаться бесконечно.
Разговор проходит в таком примерно порядке:
— Виновные будут наказаны?
— Они должны быть наказаны.
— А кто эти виновные?
— Установит следствие.
— А установит?
— Покажет время.
…Лабиринт, усеянный трупиками байбака, которых нельзя откапывать, потому что это повредит экосистеме!
Обитание на посевах зерновых и овощей для сурка нехарактерно, в таких местах он селится вынужденно и временно. На длительные сроки задерживается на посевах многолетних трав. Умеренный выпас скота и близкое соседство человека на байбака не влияют.


Лайсман ПУТКАРАДЗЕ.
13.06.2009 г.

Метки: {keywords}

  • Распечатать

Ссылки на материал


html-cсылка:

BB-cсылка:

Прямая ссылка: